Введение
Завершается очередной год. Люди подводят итоги и строят планы. Я же, размышляя об этом годе, в очередной раз подумал о том, что книги — как и другие вещи, которые мы выбираем и на которые тратим время, — довольно точно отражают нас в определённый период жизни.
В этом году книжное зеркало говорит о том, что меня больше волновали люди и личное развитие, чем технологии. Возможно, это самообман или попытка сбежать от других дел. Впрочем, это не так важно. Книги есть книги.
0. Евангелие
К чтению Евангелия я подошёл с предположением, что за столетия текст был доведён до максимально плотного состояния и в нём нет случайных формулировок. В таком подходе Евангелие воспринимается не как исторический нарратив, а как практическое руководство: если смысл не считывается сразу, это не означает его отсутствия, а скорее указывает на необходимость времени, размышлений и наблюдений за собственной жизнью.
Поэтому чтение оказалось медленным и прерывистым — многие идеи требовали пауз и проверки на практике.
В практическом прочтении текст постоянно возвращает к темам ответственности, эго, прощения и служения. Большая часть жизненных последствий выглядит как прямой результат собственных решений, а избегание ответственности почти всегда увеличивает будущую цену ошибки. Прощение — себя и других — работает не как моральное требование, а как способ расчистить путь вперёд. Эго при этом выступает главным источником искажений: оно оправдывает поступки, болезненно реагирует на мнимую потерю статуса и мешает видеть других.
1. 48 законов власти (Роберт Грин)
Эта книга воспринимается как набор отдельных правил, каждое из которых сопровождается историей или иллюстрацией из прошлого. Законы не складываются в единую теорию и не требуют линейного чтения: скорее это справочник наблюдений о поведении людей в иерархиях — при дворах, в организациях и вокруг власти в широком смысле.
Правила формулируются предельно прикладно и почти всегда опираются на повторяющиеся человеческие реакции: страх потери статуса, стремление к признанию, чувствительность к символическим жестам.
При этом «власть» здесь выглядит не как отдельная сфера, а как побочный эффект социального взаимодействия. Многие законы описывают не столько то, что делать, сколько то, что учитывать: ожидания других, их уязвимые места и интерпретации происходящего. Демонстрация интеллектуального превосходства перед начальником или его окружением может восприниматься не как вклад, а как угроза положению. А исчезновение из поля зрения — как потеря значимости, даже если формально ничего не изменилось.
Текст не пытается быть моральным или воспитательным. Законы подаются как описание того, как люди часто ведут себя в реальности, а не как рекомендации к обязательному применению. Их можно читать как каталог рисков и типовых сценариев: где возникают конфликты, почему они эскалируют и какие сигналы считываются окружающими. В итоге книга работает скорее как инструмент повышения наблюдательности и понимания социальных динамик, чем как руководство по достижению власти в прямом смысле.
2. Краткая история разума (Макс Соломон Беннет)
Книга выстраивает непрерывную линию эволюции разума — от самых простых форм жизни до человека — без резких скачков и «чуда появления сознания». Отправной точкой служат элементарные механизмы управления у микроорганизмов: простое руление, поиск еды, реакции на благоприятные и неблагоприятные условия.
Эти базовые схемы постепенно усложняются, но логика остаётся той же: есть состояния, в которых система исследует среду, и состояния, в которых она экономит ресурсы или реагирует на угрозу. Современные человеческие режимы стресса, мотивации и спокойствия в книге показаны как прямые наследники этих древних механизмов.
Дальше автор переходит к устройству мозга как вычислительной системы. Кора больших полушарий описывается как набор унифицированных модулей: отдельные участки не «специализированы» по своей природе, а различаются в первую очередь типом входящих сигналов. Зрительные, слуховые и речевые области построены из одних и тех же повторяющихся блоков.
Эта идея естественно связывается с современными нейросетями: одни части системы формируют прогнозы, другие сравнивают их с реальностью. Ошибка предсказания становится ключевым сигналом — тем самым «удивлением», которое мы испытываем, когда спотыкаемся или сталкиваемся с неожиданным исходом действий.
Отдельная линия книги — мысль о том, что мозг постоянно предсказывает и, в некотором смысле, непрерывно «галлюцинирует», а сенсорные сигналы лишь корректируют эти гипотезы. Если входящие данные ослабить или убрать, предсказания начинают жить собственной жизнью. Эта модель напрямую перекликается с генеративными подходами в ИИ — от GAN до диффузионных моделей.
В итоге книга складывается в цельную картину: разум — это не отдельный модуль, а эволюционно наращиваемый способ управления, который одинаково хорошо объясняет поведение бактерий, архитектуру мозга и современные искусственные системы.
3. Тонкое искусство пофигизма (Марк Мэнсон)
Главная идея книги в том, что мы беспокоимся не слишком много, а слишком о многом. Это приводит к тому, что у нас не формируется ядро действительно важных вещей.
Книга предлагает сначала честно определить, что для вас важно, и сосредоточиться именно на этом. Дальше эта мысль разворачивается через примеры и постепенно переходит к более неприятной теме — нашей склонности считать себя чем-то особенным и выдающимся.
Вместо этого автор предлагает признать, что, скорее всего, мы самые обычные. И в этом, как ни странно, есть преимущество. Из середины проще расти: принимая свою «средность», человек меньше разочаровывается, когда что-то не получается, и прикладывает больше усилий — потому что понимает, что результат не гарантирован.
Со временем ты перестаёшь быть средним и приходишь к этому с ощущением, что результат заслужен. А если обстоятельства отбросят назад, остаётся уверенность, что ты сможешь подняться снова — ведь ты уже сделал это однажды.
4. Теория игр (Брайн Клэг)
Книга лёгким языком рассказывает об основных идеях теории игр. Математики в ней немного, зато много жизненных примеров — от бомбардировок Хиросимы и Нагасаки до потери авторитета Британии после невыполнения собственных угроз.
Повествование вращается вокруг идеи, что отдельная игра может не иметь очевидного победителя или ясной стратегии, но при рассмотрении жизни как серии игр выигрышная стратегия на дистанции всё же вырисовывается.
Например, игра в «цыплёнка», где две машины несутся навстречу друг другу, и тот, кто свернёт первым, проиграл. В короткой перспективе выгодно свернуть чуть раньше. В длинной — постоянно сворачивая, формируешь репутацию человека, которого можно продавить. И наоборот: не сворачивая, зарабатываешь репутацию того, кто идёт до конца, держит слово и реализует предупреждения.
Игра в «цыплёнка» — лишь одна из множества. Хотя теорию игр часто применяют в политике, она вполне применима и в быту: например, в воспитании детей. Если вас «продавили» один раз, велика вероятность, что будут делать это снова.
5. Искусство обольщения (Роберт Грин)
«Искусство обольщения» можно рассматривать как дополнение к «48 законам власти», но с фокусом на выстраивание отношений с конкретным человеком или группой. Книга выделяет несколько обобщённых стилей обольщения, каждый из которых имеет свои сильные и слабые стороны.
Основные подходы строятся вокруг внимательного изучения своей цели и формы служения ей. При этом подчёркивается, что чрезмерная доступность и услужливость могут обесценить вас в глазах другого. Отдельно описываются и более манипулятивные техники — вроде резкой смены настроений или инициации конфликтов, — без попытки их оправдать или осудить.
6. Беспокойное поколение (Джонатан Хайд)
Книга рассказывает о том, как появление интернета, а затем смартфонов и социальных сетей повлияло на подростков и более старшие поколения. Повествование сопровождается ссылками на исследования, статистику и реальные истории.
Рассматриваются разные перспективы: от гиперопеки и «безопасных» детских площадок, ведущих к неспособности принимать решения, до влияния перехода на онлайн-обучение и домашние задания на разные социальные группы. Книга может быть полезна как родителям, так и школам.
7. Другие 12 правил жизни (Джордан Питерсон)
В продолжении «12 правил жизни» автор смещает фокус с наведения порядка на сосуществование с беспорядком и его роль в жизни и обществе.
Хаос здесь описывается не столько как разрушительная сила, сколько как пространство для исследования горизонтов возможного. Именно горизонтов: хаос в ядре системы скорее разрушителен. В этом смысле книга противопоставляет эволюцию резким революционным изменениям.
8. Мы, борющиеся с Богом (Джордан Питерсон)
В этой книге Питерсон исследует Ветхий Завет с точки зрения религии, философии и социальных процессов. Центральными темами становятся личная ответственность и грех как форма саморазрушения личности.
В частности, разбирается история Каина, который использует обиду на Бога как оправдание собственных ошибок. Эта обида не даёт ему увидеть свою роль в происходящем. Гордыня занимает в книге ключевое место как источник остальных грехов — от лени до богохульства.
9. Эго — это враг (Райан Холидей)
Как следует из названия, книга сосредоточена на том, как эго встаёт у нас на пути — в форме убеждённости в собственной правоте или неспособности увидеть собственные ошибки.
Для меня это стало напоминанием о необходимости сначала думать, а уже потом говорить, особенно если есть привычка сразу указывать другим на их неправоту. Ставя себя в центр, мы часто перестаём двигаться вперёд, пытаясь подтянуть всё к себе. Гордыня здесь рассматривается во всех её проявлениях.
10. Размышления (Марк Аврелий)
Для меня эта книга во многом стала пересказом библейских идей о личной ответственности за своё будущее.
Марк Аврелий постоянно возвращается к простым установкам: делай то, что в твоих силах; не жалуйся; боги дали тебе всё необходимое; прошлого и будущего не существует — есть только настоящее; люди такие, какие они есть, и их стоит принимать. Христианство упоминается автором скорее пренебрежительно из-за фокуса на религиозной форме, но сами идеи не критикуются.
11. Взломай код общения (Ванесса Ван Эдвардс)
Ванесса Ван Эдвардс рассказывает о невербальной стороне коммуникации: взглядах, паузах, положении тела и движениях. О тех сигналах, которые мы часто считываем интуитивно, но которые передают значительную часть информации напрямую в подсознание.
Книга помогла легче замечать моменты, когда разговор стоит завершить, а когда собеседнику действительно интересно. Помощь в коммуникации редко бывает лишней.
12. Следующий разговор: меньше спорьте, больше говорите (Джефферсон Фишер)
Книга представляет собой набор идей об активном слушании, подкреплённых личными историями автора. Основной тезис — сначала действительно понять собеседника, а уже потом работать с его возражениями.
В одних случаях это снимает напряжение и ощущение «вы меня не слышите», в других — позволяет увидеть, что исходное возражение вырастает из более глубокого конфликта. Во многих местах книга перекликается с другими работами из этого списка.
13. Дофаминовая нация (Анна Лембке)
Книга была прочитана по рекомендации из «Беспокойного поколения» и посвящена тому, как работают механизмы положительной и отрицательной мотивации в мозге.
В упрощённом виде мозг стремится удерживать баланс между удовольствием и болью. Когда одна из сторон слишком долго перевешивает, система начинает либо давить на противоположную, либо снижать чувствительность к доминирующему стимулу. Это может приводить к плохому настроению или утрате мотивации при избытке удовольствий — и наоборот.
Интересно, что современные исследования возвращают идеи неполного обезболивания и даже терапевтического использования боли. При этом организм воспринимает «боль» иначе, чем сознание: например, физическая нагрузка — это тоже стресс, даже если субъективно он не ощущается. Клеткам нужно восстановление, а мозгу — выравнивание «весов» за счёт гормонов удовольствия.
14. Никаких компромиссов (Крис Восс)
Бывший переговорщик ФБР рассказывает о ведении переговоров через истории из личной практики. Большое внимание уделяется паузам, открытым вопросам и умению слушать — до того, как пытаться быть услышанным.
Этот подход снижает тревожность собеседника и повышает доверие. Вместо компромиссных решений, которые не устраивают ни одну из сторон, предлагаются способы находить варианты, дающие лучший исход хотя бы для вас, а иногда и для обеих сторон.
Позже, читая «Искусство сделки», я часто вспоминал эту книгу, наблюдая, как многие приёмы применяются на практике. Пару других книг из этого списка можно было бы пропустить, оставив только эту.
15. Принц (Никколо Макиавелли)
Классический труд о политической борьбе, тяжёлый для чтения из-за обилия исторических отсылок. Тем не менее общий смысл достаточно ясен.
Если уже читались «48 законов власти», «Принца» можно и не читать. Несмотря на репутацию учебника по политической грызне и манипуляциям, книга показалась мне скорее прагматичным описанием человеческого поведения в условиях борьбы за ресурсы — с выводами, которые вполне применимы и к повседневной жизни.
Читая, я думал об истории Моисея и уничтожении бунта; о «Других 12 правилах» и идее того, что хаос имеет право на существование только на границе системы — иначе он разрушает её центр; о том, что американские индейцы нередко уничтожали побеждённое племя целиком; о полной замене правительства при смене президентов. Во всех этих случаях логика одна и та же: сохранение целого иногда требует радикальных и неприятных решений.
16. Смелость не нравиться (Ичиро Кишими, Фумитаке Кога)
Книга служит введением в адлеровскую психологию и подана в форме диалога между философом и молодым собеседником. Формат принципиален: теория раскрывается через вопросы, возражения и постепенное прояснение позиций. В аудиоформате это воспринимается особенно органично — как живой разговор.
Ключевая идея — отказ от объяснения поведения через прошлые травмы. Любое поведение рассматривается как направленное на цель, даже если она неочевидна или выглядит деструктивно. Страхи и самоограничения интерпретируются как способы избегания ответственности или конфликтов, а не как их причины.
Отдельно вводится понятие «задачи» и чёткого разделения ответственности. Задачей считается то, от выполнения чего человек получает результат. Домашняя работа — задача школьника, а не родителя; работа — задача работника. Помощь возможна, но подмена ответственности — нет. В этом книга перекликается и с библейскими притчами, и со стоической традицией.
17. О демократиях и культах смерти (Дуглас Мюррей)
Изначально книга покупалась как погружение в британский английский — автор действительно обладает богатым словарным запасом и характерным стилем. Однако содержание быстро вытеснило языковой интерес.
Книга подробно описывает события 7 октября 2023 года, нападение ХАМАС на Израиль, последствия атаки и реакцию западного мира. Много свидетельств очевидцев и людей, разбиравших последствия. Текст читается тяжело из-за обилия деталей, но сожаления о прочтении у меня не осталось.
18. Бетономешалка (Рей Брэдбери)
Короткий рассказ о марсианах, пытавшихся захватить Землю и в итоге побеждённых земными удовольствиями.
При чтении возникали ассоциации с миром сверхпотребления, Спартой и Китаем. Существует мнение, что упадок Спарты был частично обусловлен возвращением золота после Пелопоннесской войны. Китай же не раз ассимилировал завоевателей, превращая их в обычных наместников. Поучительная история.
19. Трамп: искусство сделки (Дональд Трамп)
Как и многие книги в этом списке, она была прослушана в аудиоформате — голос актёра, точно копирующего интонации автора, добавлял восприятию объёма.
Книга скорее автобиографична, чем является учебником по сделкам, но при этом даёт достаточно контекста, чтобы понять логику принятия решений. В образе Трампа здесь не увидел ни политического гения, ни абсолютного зла — скорее человека, который много работал, шёл на компромиссы там, где считал это допустимым, и держал оборону там, где считал это принципиальным.
Читая, постоянно вспоминал «Никаких компромиссов» и «Теорию игр». Рад, что познакомился с «Искусством сделки» уже после них.
20. Супер-коммуникаторы (Чарльз Духиг)
Книга посвящена практическим механизмам эффективного общения. Основная мысль в том, что «супер-коммуникаторы» — это не харизматичные люди, а те, кто много спрашивает, вовлекает собеседников и создаёт ощущение, что их действительно услышали.
После прочтения стало проще замечать эти паттерны в работе: в любой команде обычно есть несколько человек, которые постоянно вовлекают других в разговор и формулируют вопросы через опыт и ощущения, а не напрямую. При этом книга местами теряет фокус — сильные прикладные главы соседствуют с длинными социальными отступлениями, которые можно было бы сократить без потери сути.
Заключение
Когда я начинал писать эту заметку, мне казалось, что в этом году я больше читал о людях. Теперь же кажется, что читал скорее о собственных ошибках.
Это был интересный книжный год. Интересно, каким окажется следующий.